~Loveless~

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ~Loveless~ » Частные владения » Резиденция Данте Норхейма


Резиденция Данте Норхейма

Сообщений 31 страница 42 из 42

31

Вода, говорят, смывает ненужные мысли и очищает голову, оставляя только самое насущное и необходимое. И, вероятно, Данте убедился в этом сам, стоя в душе и опираясь руками о стену, прикрыв глаза. Он понимал, что, во-первых, ему нельзя наполнять ванную, иначе он заснет прямо здесь, а во-вторых, его в гостиной должна была ждать Ракка, а потому задерживаться здесь надолго не стоит. Неприлично, как минимум.
Тем более, я полагаю, что она сама устала, а потому хочет спать. Держать ее у себя дома невежливо, ведь получится, что я заставляю ее сидеть здесь, в то время как я лишь извинялся чашечкой кофе.
Извинялся. Ага. Пять раз. Ты даже не знаешь, что означает это слово, Дан, какое «извиняюсь»? Ты просто мозгами пораскинь, если еще остались. Тем более тут нет твоей вины, что еще говорить.

Норвежец помотал головой, пытаясь прогнать совершенно тупые мысли, что роились в ней. Ему только не хватало к Зверю еще и раздвоение личности, он ведь такими темпами просто умом двинется. Если уже не двинулся. А ведь говорят, что тихие психи – самые опасные. И верно ведь говорят, кто знает, что творится у них в голове, если они молчат? Так и не поймешь, когда начнется «шоу» одного актера в двух лицах.
Лишь усилием воли он заставил себя выключить воду. И завис, все так же опираясь руками о кафель и не спеша открывать глаза.
- Nok en minutt og jeg vil sove står like en hest*, - тихо произнес сквозь зубы по-норвежски, все-таки отлипая от стены и заставляя себя вытащиться из душа и привести в порядок – обработать царапины на руке, поменять пластырь на виске и бинты на шее. Как-то… шатало. Хотелось остаться здесь и вырубиться уже наконец, но рано. Рано.
Опустив голову под холодный душ, словно того, теплого, ему было не достаточно, норвежец немного взбодрился и, промокнув волосы полотенцем, все-таки соизволил спуститься вниз. Он уже собирался было принести свои извинения за столь долго отсутствие, как увиденное в гостиной заставило его проглотить слова и захлопнуть рот.
Девушка, так и не дождавшись его, свернулась калачиком в неудобном, по его мнению, кресле и умилительно посапывала. Сон может сломить кого угодно, вот мораль этой истории. Недолго думая, Данте легко поднял Ракку на руки, стараясь не разбудить, и медленно понес в одну из гостевых спален, светлую и большую. Он даже не думал выбирать, просто прошел туда на автомате и мягко сгрузил девушку на большую кровать, стоявшую там. Конечно, можно было ее даже раздеть, но все-таки норвежец ограничился лишь тем, что укрыл ее одеялом, чтобы ей не было холодно.
Постояв еще пару минут, скользя задумчивым взглядом по кровати, стенам и большому окну в потолку, Данте решил, что его миссия на сегодня выполнена, а это значит, что можно с чистой совестью – если она есть, конечно – отправляться спать.
- God natt, Ракка, har en hyggelig drømmen**, - тихо произнес он, выключая свет и покидая комнату, не забыв прикрыть дверь. Теперь можно было идти к себе. Добрался, к счастью, без приключения, а организм, почувствовав близость долгожданного сна, почти что взвыл, нетерпеливо ожидая своей награды. И едва его голова коснулась подушки, как он тут же провалился в сон без сновидения.
Задачи выполнены.
Завершение программы. Отключение.

* Еще одна минута, и я засну стоя, как лошадь (норв.)
**Спокойной ночи, сладких снов (норв.)

+1

32

А утро началось снова со звонка телефона…
Телефон звонил пронзительно и надрывно, прорываясь даже сквозь одеяло, которым Ракка накрылась с головой, не желая просыпаться, а потом и сквозь подушку, которая была воздвигнута сверху, слоем до одеяла, в тех же целях.
«Вот же зараза…» - девушка тихонько застонала, чувствуя себя так, словно весь мир восстал против неё. Голова была ну очень тяжёлая, как, впрочем, и всё тело. Так, наверное, чувствовал бы себя человек, вставший на работу 1 января. Разве что голова не болела, и то хлеб. Было странное, но весьма смутное ощущение, что что-то не так. Телефон меж тем продолжал звонить...
«Да замолчи ты, в конце концов! Я не подойду! Из вредности не подойду!» - думала она, лениво выпутываясь из постели, удивляясь подсознательно внезапной плотности ночнушки, и не открывая глаз.
«Ну всё… Ну я до тебя доберусь… Выкину. Или не знаю, что сделаю с тем, кто звонит…» - с этими мыслями Фусицую, всё также не открывая глаз, на ощупь (благо не впервой так просыпаться) доползла до гостиной, удивляясь походу странным изгибам собственной квартиры, внезапно ставшей ну просто огромной, да ещё и с лестницей. Тем не менее телефон был внизу, думать же обо всех произошедших оказиях было невероятно лень, а поэтому девушка просто добралась до своей сумки, схватила её, также почти на ощупь попыталась добраться обратно до спальни, но остановилась в коридоре, чтобы наконец-то ответить.
- Дааа? – протянула она почти сердито, чуть ли не зевая.
- О, Ракка! Я так чувствую, ты только проснулась, - усмехался голос в трубке. – Как знал, что на работу сегодня не явишься. По крайней мере, во время. Ну что там у тебя? Воспаление хитрости?
- Что-то типа того, - сонно улыбнулась Фусицую. Не улыбаться этому чудесному человеку даже в трубку было бы почти кощунством. – Простииите, шеф, я не специально! У меня тут обстоятельства… Я, конечно, попытаюсь сегодня добраться до работы, но в крайнем случае ждите завтра – сделаю трёхдневную норму!
- Ну, разве что так. Если не заснёшь где-нибудь по дороге в издательство, - всё также беззлобно подтрунивал над ней голос в трубке. – Ладно уж, иди, досыпай дальше.
- Угу, спасибо, шеф… - и отключилась.
А потом открыла, наконец, глаза, чтобы положить трубку в сумку. Ну, в общем, зря она это сделала…
- Ой… - тихо разнеслось по коридору, пока девушка, оглядываясь, хлопала ресницами, понимая, что ничего не понимает.
«Где я?... Что произошло? Почему я не дома?...» - мысли были странно громкими. Она даже почти проснулась от такого шока. Вот теперь всё потихоньку вставало на свои места. Точнее, не вставало, но обнаруживались интересные факты. К примеру, причины странных утренних ощущений. У неё дома кровать меньше, жёстче (между прочим, так даже удобней), подушка только одна, а там было две, нет такого адского количества углов, зато наличествует не менее адское количество мелких предметов на полу, которые здесь вообще отсутствовали, хотя Ракка периодически инстинктивно пыталась через них переступать, пока шла за телефоном. И, ах, да, наличие лестницы. Если бы это было у неё дома, то сумку она явно забыла у бабушки из квартиры ниже, чего быть просто не могло, потому что не могло. Да уж, способность соображать с утра проснулась как миленькая, стоило только обнаружить, что окружающий мир нагло ей изменил и перестал быть устойчивым и привычным. Впрочем, это ощущение было почему-то уже почти знакомым...
«Так, без паники, только без паники! Сейчас, нужно вспомнить, куда я шла… Так… Я шла туда, где я спала… Но почему я спала не дома!... Так, цыц. Значит, спала я где-то здесь… Угу… Осталось сообразить, где. Может, я что-нибудь вспомню полезное…».
А теперь появилась другая проблема – оглянувшись, Ракка поняла, что не имеет никакого понятия, куда ей идти. И вообще как-то страшновато было. Дом был какой-то очень большой…
- Эм… Лююююди? – тихо пискнула Фусицую в хрупкой надежде на ответ.

0

33

Программа восстановления данных запущена.
На выполнения задачи требуется 7 часов 54 минуты 40 секунд.
Темнота, но не пустая и холодная. Темнота наполненная и живая, словно под этим непроницаемым колпаком бьет ключом жизнь. Сотни, тысячи невидимых крохотных организмов, неподвластных чужому разуму. И шепот, голоса проникают в сознание, играют с ним в свои игры, увлекая и перемигиваясь. Тишина оглушает, тишина скользит удавом, сжимаясь вокруг груди, сдавливая шею, опасно улыбаясь оскаленной пастью. Бесконечное пространство, в котором тесно. Безлюдное пространство, в котором задыхаешься от чужого присутствия. Безвоздушное пространство, в котором захлебываешься горячим ветром.
Центр. Спокойствие. Точка Ом. Умиротворение. Полное восстановление в состоянии сна без снов. Только черное пространство сознания, где центр – он. Расслабленно, с закрытыми глазами, положив руки на колени и выпрямив спину. Шею обжигает сухое горячее дыхание, волоски ровным строем становятся по стойке смирно, ротой вышколенных солдат. Но сердце продолжает биться медленно, лениво, словно с отвращением гоняя холодную и густую кровь по венам. Удар. Удар. Удар. Идеальное спокойствие арктических льдов. Удар. Удар. Удар. Расстояние между ними – минута. Расстояние между ними – тысячи миль.
Зверь мягкими лапами касается расслабленной спины, а глаза его алыми фонарями светятся в живой темноте. За мягкими лапами скрываются острые, как лезвие бритвы, когти, распарывающие толстую скандинавскую кожу, словно масло. На лице скандинава – улыбка. Умиротворенная, спокойная, хотя спину его покрывают тонкими струями ручьи крови. Они, как алый плащ, стелятся по ней, обвивая и накрывая, словно Зверь решил, что ему холодно, что нужно срочно надеть на него это импровизированное покрывало.
Боль уходит, даже не появившись, а тихое рычание, раздающееся над ухом, оглушает. Повторяющаяся каждое «восстановление» история, не сон. Он уже давно не видит снов, он уже забыл, как это происходит. Закрывая глаза ночью, он знает, что просто откроет их через какое-то время. Просто моргнуть, понимая, что прошло несколько часов. Часов сна.

Данте сел на кровати, морщась и взъерошивая и без того спутанные за ночь волосы, кидая взгляд на часы. Время-то детское. Спать можно было бы еще, да и глаза не открываются почти, соглашаясь с сонным разумом. Какой-то звук на грани сознания – резкий, острый, неприятный – режет слух, раздражая и заставляя снова морщиться. Норвежец медленно спустил ноги на пол, посидев так еще минуту, после нехотя встал и отправился в ванную, чтобы принять душ.
Вода приятно стекала по телу, но – как назло! – не бодрила, а лишь еще сильнее показывало то, насколько он устал. А в голове билась одна мысль – до полного восстановления дееспособности 2 часа 34 минуты 17 секунд. Капли убегают вниз с ресниц, с волос, с губ, словно боясь, а Данте стоит с закрытыми глазами, упершись локтями в темную стену.
- I sin helhet det å bli frisk av data ville finnes inne om to timene*, - монотонно, глухо, почти не разжимая губ. Резкий удар по крану, и вода прекращает свой бег, а Данте, чуть пошатываясь и даже не смотря на себя в зеркало, выходит из ванной, обернув полотенце вокруг бедер. Он даже не вытирается, такие простые задачи не в его интересах, потому как одна из первых мыслей, что появляется в голове – виски. Почему именно он? Почему не кофе? Трудно понять, но молодой человек и не собирается этого делать. Ах, да. Еще найти источник того отвратительного звука.
А раз появилась мысль – надо ее выполнить.
Взъерошенный, лохматый, заспанный – Данте направился вниз в одном полотенце, чуть придерживаясь за перила. Конечно, он не раз тут ходил даже в нетрезвом состоянии, но вот только желания навернуться не было, совсем нет. По коридору гостиная – ноги автоматически несут туда, чтобы проведать бар, вот только... Голос.
- Hva helvetet går opp på? – с губ срывается недоуменная фраза, а рука взъерошивает  мокрые, и без того лохматые волосы. Впрочем, вопрос задан на автомате, потому как сам норвежец еще не до конца проснулся, а потому не мог в достаточной мере понять и осознать, что же все-таки происходило. Может, потому он и обратился с этим вопросом к присутствовавшему помимо него в этой комнате человеку? Но вот только… Не факт, что этот человек знает норвежский. Но кого же волнуют такие мелочи?
- Jeg kan ikke oppfatte hva går opp på. Jeg jsut nød å erindre. Jeg rettferdig nød å sove lite bit flere***, - немного растерянно и монотонно, сонно щурясь и непонимающе глядя на миловидную девушку, которая каким-то образом оказалась у него дома.

*Полное восстановление данных произойдет примерно в течение двух часов.
**Что за черт тут происходит?
***Я не могу понять, что происходит. Мне просто нужно вспомнить. Мне просто нужно поспать еще немного.

0

34

«Так, хорошо, без паники, сейчас кто-нибудь обязательно придёт… Наверное… Ой», - сверху совершенно явственно послышались странные звуки. «Люди? Или галлюцинация» - промелькнула мысль.
Послышался звук открывающейся двери, потом достаточно тяжёлые шаги, а потом появился в коридоре странный какой-то, взъерошенный молодой человек.
«Данте?» - неохотно как-то всплыло в мозгу. – «О, точно! Данте! Мы же вчера с ним решили встретиться в кафе и… Ками-сама!». И вот тут в памяти начало обрывками вспоминаться всё, что было вчера. Точнее нет, не так. Всё изначально было на своих местах, она ничего не забыла. Она просто не выспалась. Вот и не смогла сразу сообразить, что к чему. Впрочем, лучше бы и не соображать. Один факт оставался непонятным…
«Как я умудрилась здесь проснуться? Что вчера случилось?» - Ракка совершенно растерянно посмотрела на Данте, который фактически уже прошёл мимо неё. - «Ну хорошо хоть кто-то знакомый попался, а то я в этом доме в жизни бы никуда не дошла…».
- Что?... – тихо переспросила Фусицую, когда Боец спросил что-то непонятное на, видимо, норвежском. Меж тем она, наконец, обратила внимание на внешний вид весьма красивого, как к ужасу выяснилось, хозяина дома, что заставило девушку отчаянно покраснеть и потереть от смущения переносицу. И разозлиться на себя, куда же без этого. «Вот, пришла тут, уснула, мешаю людям жить нормально, бужу, теряюсь, а потом ещё и краснею. Ну, просто верх эгоизма. Такой дурёхи, как ты, ещё поискать, душа моя…» - тут уже вспомнилось и то, что она умудрилась в кресле заснуть, и то, как вчера «уговорила» Бойца ехать на такси. Стыдно стало просто ужасно.
Второй вопрос Ракка поняла не лучше первого, но решила не переспрашивать – итак неизвестно, куда себя девать. Ну просто ужас какой-то.
- Данте-сан, извините, я случайно… И я у Вас заблудилась… А тут мой телефон… И вот… - сбивчиво попыталась извиниться и объяснить произошедшее всё ещё немного сонная Фусицую. «Ну, ты ещё скажи, что больше так не будешь. Прямо как маленькая, Ракка», - прошипел внутренний голос.
«Между прочим, разговор с самим собой – признак шизофреников или старых дев. А пока я ни то (наверное), ни другое, молчи по-хорошему, горе моё», - цыкнула девушка мысленно на своё внутреннее «я» и виновато уставилась на Данте.
- Я очень извиняюсь, - традиционно (да-да, очень смешно выглядя со стороны в виду общей растрёпанности и заспанности) поклонилась в знак искреннего извинения. Японка, что с неё взять. Причём от общего каламбура на данный момент у неё совершенно вылетели из головы вчерашние договорённости по поводу «-санов» и «выкания». Впрочем, смотрелось всё это до безобразия очаровательно.

0

35

Рука скользнула в волосы, словно пытаясь расчесать их, зачесать назад, а сонный и ничего не понимающий взгляд нашел шоколадные глаза девушка. Мозг отказывался понимать, кто это такая, что она тут делает и, собственно, что будет дальше. Если бы Данте сейчас выспался, если бы его ничего не разбудило до конца восстановления, он был бы совершенно собран и прекрасно помнил все произошедшее ранее. Вот только разбудили его часа на два раньше, а потому он сейчас пребывал в состоянии “Loading…”. Кто бы увидел его сейчас – не поверил. Растерянно-рассеянная полуулыбка, и ленивая мысль в голове, что девушка говорит не на его языке. На языке, который его сознание сейчас не в состоянии воспринимать.
- Hva helvetet er denne omgangsspråk?* - Данте качает головой, недоуменно глядя на темноволосую и – что тут говорить? – милую девушку, которая стоит напротив него. Очаровательный румянец на щеках, вежливый поклон, смущенное выражение лица – это все не могло не способствовать благодушному расположению норвежца к этому прелестному созданию. Тем более тогда, когда он весьма плохо соображал, а потому основывался лишь на каких-то базовых инстинктах гостеприимства и радушности.
Critical error.
Программа восстановления данных не может продолжить свою работу. Повторить попытку?
А потому пока остается лишь недоуменно морщиться, ничего почти не соображая, и странным взглядом смотреть на девушку. Японку, судя по ее внешности. Может, она девочка понятливая? Может, до нее дойдет, что что-то здесь не так, где-то тут кроется неслабый такой подвох? Что сейчас это создание надо просто выпроводить досыпать то самое время, которое он не доспал? А через пару часов он сам проснется, как по будильнику, только вот не будет помнить ничего из того, что происходило в этот краткий момент бодрствования. Но зато у него будет прекрасно работать голова, а вчерашнее не будет казаться чем-то непонятным, забытым и трудным.
- Hva er du gjør her over? Vil du oppfatte meg? Jeg kan ikke oppfatte du. Jeg ikke gjør det vite**, - лохматый и растерянный, он был похож сейчас на мишку, которого вытащили из берлоги во время зимней спячки. Как говорится, поднять – подняли, а разбудить забыли. Вот и сейчас у него было лишь одно желание – отправиться досыпать. Точнее, о нем трубил организм, которому не хватило всего ничего. А сам же норвежец выглядел весьма неадекватно, если не сказать, что еще хуже. Хотя, конечно, куда уж там.
- Finne meg ettall tid***, - внимательно (по крайней мере, так казалось ему) посмотрев в глаза темноволосой девушке, Данте оперся руками о стол, неторопливо размышляя о том, что все вокруг так мило плывет куда-то. А еще несколько кружится, но это ведь даже забавно, верно? Будто вернулся в самое детство, когда два маленьких мальчика с визгом катались на карусели. Только вот потом выяснилось, что старшего сильно укачало, тогда как младшему – как с гуся вода. Зато пришло запретить себе радоваться таким вещам, как карусели, ведь один он туда не пойдет, потому что не интересно без брата. А брат, к сожалению, не переносит их.
- Hva dag er dags dato****? – чуть хрипло, немного закашлявшись. Когда же он уже, наконец, поймет, что девушка не понимает его язык? Что стоит вспомнить японский, на котором он разговаривает обычно здесь? Наверное, когда он вернется в адекватное состояние.
Critical error.
Внутренняя конфигурация некорректно настроена.
Легкий кашель немного сгибает и заставляет приложить ладонь ко рту, а на губах чувствуется медный привкус. Да что здесь, черт подери, происходит?! Впрочем, гневная мысль быстро пропадает, примятая и замятая сонным покрывалом, что сейчас было «накинуто» на норвежца.

*Что это к черту за язык?
**Что ты здесь делаешь? Ты понимаешь меня? Я тебя не понимаю. Я не знаю.
***Стукни меня разок
****Какой сегодня день?

0

36

"Какой-то он...", - сомнения мягко, но весьма навязчиво закрались в сонную и невыспавшуюся душу Ракки. Она смотрела на Данте с некоторой долей удивления, от невыспанности даже забыв, что рассматривать другого человека нехорошо. Да и как тут было не рассматривать, когда ещё вчера такой галантный, но скрытный и собранный, серьёзный Боец сейчас был похож на плюшевого медвежонка. Нет, это, конечно, мило (очень, если честно), но как-то странновато. Явно есть, чему удивляться, потому что Данте сейчас был совсем... - "....не такой". Словно сам не свой. Да и вообще всё это начало - наконец-то - казаться девушке необычным, хоть этого человека она знала сравнительно недавно.
- Эээ... - попыталась всё же поговорить Фусицую. - Простите, Данте-сан... Ой, то есть Данте. Мы же ещё вчера договорились, точно... Помните?... Ммм... Я тебя сейчас не понимаю, скажи, пожалуйста, на японском. Ладно?
На всё это Данте выдал ещё одну ну ооочень интересную фразу, которая вот лично Ракке не говорила ровным счётом ничего. И при этом, да, норвежец очень значительно посмотрел ей в глаза. А толку-то? Девушка от такого, честно говоря, совсем расстерялась. Но сдаваться, конечно же, не собиралась - не на ту напали.
- Ты меня понимаешь? - она с надеждой посмотрела на Бойца. Ему же - как с гуся вода. Он, кажется, даже внимания не обращает, что они говорят, в прямом смысле слова, на разных языках.
"Может, это из-за вчерашнего? Может, ему плохо и он, ну, к примеру,... бредит?", - не слишком-то уютная мысль, но с ней приходилось считаться. По крайней мере потому, что Данте выглядел явно малоадекватно. И не понимал. И вообще, видимо, с трудом воспринимал окружающий мир. А совершенно жуткий кашель - отголосок вчерашнего - явно дал понять, что чувствует Боец себя не многим, наверное, лучше.
Ракка подошла к норвежцу, аккуратно дотронулась до плеча, обращая на себя внимание. "Ему нужен отдых. Нужно, чтобы он вернулся в постель - я сама как-нибудь разберусь с тем, как добраться до дома", - благая мысль посетила Фусицую, и она ринулась её исполнять. Как, правда, - отдельный вопрос...
- Ты... и-ди... на-верх... спать... хо-ро-шо? - по слогам, медленно и певуче, глядя в глаза Данте, произнесла Ракка, отображая каждое слово жестом. "Ты" - жест на Бойца. "Иди наверх" - два пальца, изображающие ноги человечка, словно поднимаются по лестнице. "Спасть" - знакомый всем с детства жест двух ладоней, сложенных под щекой. "Хорошо" - кивок головы и вопросительно поднятые брови. Было такое ощущение, словно девушка пытается договориться с инопланетянином, но иного варианта она не увидела, а значит извините.

0

37

Прикосновение к плечу заставило норвежца вскинуть голову: рефлекторно, чуть неистово, словно сейчас он был не дома, а где-то во «вражеском стане». Встретиться взглядами с уютной девушкой – как неадекватный Данте сейчас окрестил японку, каким-то макаром попавшую к нему в дом – и тут же расслабиться, возвращая во взгляд и движения свойственную сонным медведям леность и мягкое непонимание. Она что-то говорит, пытается донести до юноши мысль – умную, наверное – но все-таки он никак не может заставить себя понимать чужой и звучащий очень забавно и по-детски язык.
- Mi capisci? Dimmi come che Ÿ andare acceso pregare*, - он пытается изменить тактику (да, он сейчас просто гений) и изменить язык, на котором разговаривает с уютной девушкой, но, видимо, совсем зря. Но он же не обязан знать, знает ли среднестатистический японец/японка итальянский язык. Еще логично – норвежский язык редкий, непонятный, экзотический, его можно не знать, но итальянский… А попытка не пытка, верно?
В голове какая-то подозрительная пустота, отзывающаяся гулким эхом, и полное отсутствие какой-либо мыслительной деятельности. Данте внимательно проследил за действиями девушки, склонив голову на бок и  пытаясь разобраться с ее жестами. В мозгу что-то щелкнуло – ты, идти, спать. Можно попытаться сложить это в одно целое, но…
Я. Идти. Спать. Что-о-о-о?
Чуть мотать головой, словно отряхиваясь, и с видом непонятливого медведя продолжить молча следить за девушкой взглядом, даже не собираясь пока действовать. А что действовать, если ты совершенно не понимаешь, что от тебя требует милая и уютная девушка? Нет, можно попытаться что-то… что-то…
Connection lost.
Чуть отстраниться назад и совершенно неадекватным взглядом смерить свою гостью. Потом легкий и быстрый взгляд в сторону второго этажа с отразившимся на обычно невозмутимом лице мыслительным процессом. О, да! Просветление и сверкнувшие голубые глаза, после чего Данте молча кивнул – он теперь, видимо, решил уже не разговаривать, ведь все равно его не понимают – и подхватил под руки девушку, весьма быстро и ловко, даже почти не шатаясь, отправляясь на второй этаж в свою спальню. Он даже не обратил внимания, сопротивлялась ли японка или же потеряла на некоторое время дар речи от столь неожиданного поведения, но это позволило ему безболезненно прибыть к себе, сладко и широко зевая и мягко трепля ее по волосам.
Нет, он точно потерял остатки адекватности где-то в пути, потому как уютная девушка, которую он мило прижимал к себе, искренне считая ее маленьким плюшевым мишкой, с которым просто обязательно надо спать. Что сейчас у него в голове творится? Да тут и черти ноги сломят, не считая рук, если они попробуют передвигаться на них, и своих бедных рогов, просто за компанию. А потому… кто знает? Может, он сейчас вернулся в своем неадеквате в детство, а может, просто премило временно сошел с ума. Об этом, к сожалению (или к счастью?), история умалчивает.
На факт оставался фактом: не обращая внимания на сопротивление японки, норвежец нежно (даже удивительно, насколько он может быть не таким холодным и ледяным) погладил ее пол голове, после чего устроил ее на кровати рядом с собой, мягко обнимая и зарываясь носом в темные волосы уютной девушки, щекоча своим дыханием сзади ее шею. Впрочем, едва только его голова коснулась подушки, он тут же отключился, как компьютер. Ровное и спокойное дыхание, размеренный стук сердца и импровизированный мишка в объятиях. Ну а кого уже волнует, что этот самый мишка может быть даже несколько шокирован и против? Нет, может, какое-нибудь общество по защите прав животных или, например, Greenpeace, но только вот ни тех, ни других в радиусе пяти километров от дома не наблюдалось (а дальше – кого волнует?), потому оставалось только догадываться.
Программа восстановления данных снова запущена. Продолжить?
Да.

* Ты меня понимаешь? Скажи мне, что происходит? (ит.)

0

38

"Кажется, попытка не возымела последствий", - вынуждена была признать Ракка, сначала получая ответ на, кажется, итальянском, а потом и вовсе странное мотание головой, словно тебе говорят - нет-нет-нет, какой спать? Ну и вот что ты с ним будешь делать? А хрен поймёшь. Всё странно, очень. С чего вдруг Данте перестал понимать японский? Почему забыл, кто она, или на каком языке она разговаривает? Почему он вообще себя так странно ведёт? Нет, ну, оставалась, конечно, всё ещё версия того, что норвежец бредит, пока организм пытается справиться с потерей сил, но словом "бред" врядли можно было окрестить его поведение. Вроде как даже не буйный, почти адекватный... до определённого момента. "И какого чёрта тут происходит..?" - успевает задуматься девушка, когда всё внезапно начинает очень быстро меняться. Слишком быстро, на её непритязательный вкус. И в следующую секунду она уже понимает, что утыкается во что-то носом. "Что-то" также явно имеет длинные и сильные руки, что позволяет этому "что-то", которое, на самом деле, Данте, но это пока трудно осознаётся, прижать её плотно к себе и куда-то потащить на манер плюшевой игрушки. Первые секунд пятнадцать Фусицую честно пыталась осознать, что за ерунда вообще происходит. Потом мелькнула мысль: "Это мы так поговорили, называется?!" - после чего девушка попыталась вырваться, даже без слов - всё равно не понимают. Такая вот, непослушная игрушка вышла. Но не тут-то было. Боец на совесть прижимал её к груди, как прижимают к себе внезапно выигрышный счастливый билетик. Какой уж тут вырваться. Разве что потрепыхаться чуть-чуть, совершенно безуспешно - даже внимание не обратили, а после смириться со своей тяжёлой участью и ждать, к чему же это всё приведёт.
Когда они, по всей видимости (ибо Данте всё же соизволил остановиться), добрались до места назначения, её очень ласково и нежно (да, даже приятно - чего уж там) погладили по голове и уложили на кровать (вот тебе и развитие событий, какая прелесть). После чего легли рядом, обняли и фактически уткнулись носом в шею. Нет, всё это, конечно, прекрасно, но совершенно не вписывалось в рамки сущетсвующей реальности. Хотя туда, если так подумать, многое за прошедшее время не вписывалось...
После нескольких (бесплодных) попыток аккуратно (и не очень) выбраться из (мёртвой) хватки норвежца, Фусицую поняла, что ей ничего не остаётся, кроме как снова позволить всему идти, как идётся. И проанализировать чуть-чуть ситуацию. Начнём с данного момента - то есть с того, что она забрела в гости к смутно знакомому (да, красивому, да, галантному, да, помогающему ей, что, несомненно, подкупает) молодому человеку (прежде наорав на него и "приказав" - о, ужас), выпила кофе (а он ещё ей и кофе предложил, бедный несчастный хороший), нагло уснула на кресле (стыд и позор), потом натворила сумбуру (хотя кто ещё из них натворил... а началось всё с шефа!), а теперь лежит у него в постели. Нет, всё, конечно, замечательно, но какого хрена? Она его даже почти не знает. Сколько там? Второй день, кажется. Даже не неделю. Даже не месяц. Не говоря уже о годах. И ладно бы так, но согласия на всё это безобразие, несмотря на всю свою долбанутость, она всё-таки не давала. И ладно бы так, но в постели она, более того, оказалась явно не в качестве девушки, что бесконечно удивляет. И ладно бы так, но она даже не понимает, что происходит и что с этим делать, а это уже, согласитесь, перебор.
А тут, в общем-то, ничего и не сделаешь особенно. Выбраться - никак, пробовала. А значит, остаётся устроиться поудобней и подождать, пока хватка чуть ослабиться, и незаметно улизнуть. Может, даже получится. А пока чуть-чуть полежать, отдохнуть. Тепло ведь. И даже... уютно? Спокойно? И в целом очень странно. Что явно способствовало тому, что Ракка, изрядно вымотанная и всё ещё невыспавшаяся, всё же уснула, так и не убежав, как собиралась. Ну что за нелепое создание.

Отредактировано Ракка Фусицую (2009-01-03 02:30:54)

0

39

Процесс восстановления данных продолжен.
85% завершено.
Спасительная темнота окутывает мягким покрывалом, расслабляя и успокаивая. Живая темнота, ласковая – она похожа на уютного родственника, присутствие которого очень дорого для человека. И в этой темноте скрывается темное существо, сверкая алыми глазами, мягко сжимая и разжимая когти, словно пытаясь их вонзить во что-то трепещущее, почувствовать дрожь и страх. И красное безумие, перевязанное белой ленточкой, словно какой-то странный подарок, словно слепая насмешка над праздничным настроением, над светлым чувством радости от праздника.
Белый. Алый.
Альбинос.
Нервное рычание, а тело выгибается дугой, теряя свое спокойное состояние в точке Ом. Теряется равновесие и спокойствие, а темнота становится врагом, убежищем зла, которое подстерегает в каждом углу – теперь этому пространству недостает мягкости и уюта, оно потеряло гостеприимность и живость. Пустота. Отсутствие всего. Сжимать голову руками, беззвучно раскрывая рот в крике, слыша бьющий по ушам вой.
94% complete.
Critical error.
Восстановление временно остановлено.
Б-е-с-к-о-н-е-ч-н-ы-й. Царапать горло, задыхаясь и захлебываясь собственной кровью. Пытаться соскрести это ненавистное клеймо, знак принадлежности кому-то. Зверь мечется в пространстве, прижимая уши и скуля, взрывая пол под ногами острыми когтями. Или это уже потолок? Все перемешалось, все сдвинулось и завертелось, выбивая из равновесия и спокойствия. Хочется вертеться волчком, словно пес, которому на загривок попали угли. Скулить, жалобно стонать и хрипеть. Прижаться к земле и, просительно повиливая хвостом, ползти, ища расположения своего хозяина. Хозяина.
Никогда, слышите? Никогда.
Восстановление продолжается.
97% завершено.
Тихо зарычать, изгоняя любое воспоминание из головы, возвращая спасительное спокойствие и снова запуская процесс восстановления. Один. Свободен. Равнодушен. Спокоен. Привычка. Сложить руки на коленях, закрывая глаза и медленно вдыхая и выдыхая. Успокоить Зверя, успокоиться самому. Все хорошо. Один.
100% complete.
Восстановление данных завершено успешно.
Закрытие программы.

Норвежец открыл глаза примерно за секунд тридцать до того, как зазвонил его телефон. Привстав на постели, он дотянулся до трубки, лежавшей на тумбочке, и приложил ее к уху, слушая голос своей новоиспеченной начальницы. Ничего приятного он не сказал, но зато вызвал на работу, чтобы вытащить ее – право, она умеет попадать в дурацкие ситуации – из полицейского участка. Отвечать ей не надо, видимо, раз она сама бросает трубку, а потому можно сесть на кровати, с нескрываемым удивлением замечая два факта.
Первый – он спал в одном полотенце, хотя точно помнил, что засыпал не только в трусах и в футболке, но еще и в спортивных штанах. А второе, что было не менее удивительно, в его постели присутствовала Ракка, которую – он был уверен – вечером уложило в гостевую спальню.
В голове пронеслось немало идей, начиная от приступов лунатизма девушки, которая забирается в кровати к незнакомым – почти, если быть точнее – мужчинам и там сладко спит прямо в одежде. И заканчивая тем, что девушке ночью стало страшно, и она стала искать защиты у представителя противоположного пола. Хотя, не проще ли тогда было бы его разбудить?
Данте поморщился, потерев шрам на переносице, и поднялся с кровати, не забыв коснуться кончиками пальцев плеча мило посапывавшей девушки:
- Ракка? Доброе утро. Просыпайся, - спокойно, невозмутимо, словно не было того секундного шока и замешательства, - Что ты здесь делаешь?

0

40

Было тепло, спокойно и очень сонно. И не мудренно. После такого-то перерыва, а также перегруза событиями и информацией, естественно хочется спать. Поэтому неудивительно, что спалось сладко и хорошо. И без сновидений. Впрочем, в этом-то как раз и ничего удивительного не было. Ракка привыкла, что либо она не видит снов, либо ей снится её личный кошмар. Лиловая крыша, которую стороной обходит солнце, сухие ветра, тучи, которые не могут пролиться дождём, сигареты, не весть откуда взявшиеся, и холод. И одиночество. И место подумать. А с недавних пор ещё и не до конца осознанная реальная опасность, поскольку если хождение во сне повторится, то с этим надо будет определённо что-то делать. Но все эти проблемы потом, не сегодня, не сейчас уж точно. А пока - Фусицую спала крепко и, как уже говорилось, с огромным наслаждением, просто провалившись в мягкую, как пуховое одеяло, тёмноту. Может быть, сказывалось, что рядом был Данте, и кошмару просто не хватило пространственного одиночества, чтобы достать девушку. А может, сегодня просто с неё хватило кошмаров, что тоже правда.
И опять телефонный звонок стал причиной её пробуждения. Промелькнула жуткая мысль, что это становится фатальным. Правда, на этот раз девушка уже немножко больше выспалась, а поэтому не чувствовала себя приплюснутой камбалой, на которую что-то тяжёлое уронили. Даже голова не болела - вот чудеса-то. Но спать всё равно хотелось. Ибо тепло и уютно. Поэтому Ракка даже не стала открывать глаза, а просто попыталась провалиться обратно в сон, даже не вспоминая, где она, с кем и почему. А уж о том, как хотела слинять, как только появится возможность, и тем более. В сон провалиться почти получилось, как её легонько коснулись, явно в реальном мире, и что-то сказали. Видимо, что-то вроде "просыпайся". Чётко не расслышалось. Фусицую что-то пробурчала, ну очень жалобно, и ткнулась носом в подушку, стараясь не обращать внимания на внешние помехи своему сну. Мало-ли какие галлюцинации случаются.
И тут как подкинуло. Ага, а она же не у себя. Хуже того, её пытается добудиться Данте, с которым с утра произошло что-то странное, и вообще всё это странно и смущает. Девушка развернулась, резко открыла свои всё ещё сонные шоколадного с утра цвета глаза, стараясь пробудиться окончательно, чуть зажмурилась с непривычки, после чего села на кровати и растерянно посмотрела на Данте.
- Ой... - "Ну и что теперь-то говорить? Здрассьть, Данте, а ты почему так себя с утра странно вёл? Ну, я-то, понятное дело, заблудилась. Да и в чужих креслах у меня привычка засыпать, не обращай внимания. А с тобой-то что творилось? Мне показалось странным. Ты меня разыграл?... О, Ками-сама, чушь-то какая..."
- Доброе...хм... доброе утро, - прозвучало как-то совсем растеряно. Фусицую смущённо попыталась пригладить волосы. Эффект помним. "Хочу курить и кофе", - подумалась мысль и крепко засела в непробудившемся до конца мозгу. - Как ты...эм... себя чувствуешь? Тебе с утра не здоровилось, да?
Ну, надо же было найти какое-то оправдание утренним проишествиям. А то совсем странно и нелогично получалось.

Отредактировано Ракка Фусицую (2009-01-04 02:18:10)

0

41

- Как я себя чувствую? – норвежец задумчиво взъерошил шоколадные волосы, внимательно глядя девушке в глаза, - Хорошо. С чего ты решила, что мне нездоровится? Я похож на нездорового человека? – вскинутые брови и скептическая полуулыбка на губах. Он себя чувствовал просто отменно после восстановления, а потому было бы грешно что-то иное говорить. Вот именно так он приходил раньше с утра после Тотализатора, а потом спал. Без снов, погружаясь в мир темноты и спокойствия. Ну, теперь уже почти спокойствия, ведь вряд ли воспоминания о… В общем, эти неуютные мысли вряд ли можно было назвать таковыми.
- Извини, Ракка, мне необходимо ехать. Меня вызвали на работу, - он чуть передернул плечами, все еще недоумевая, как все-таки девушка оказалось у него в постели. Тогда как он был почти раздет – можно сказать, вообще раздет, ведь полотенце вряд ли называлось одеждой, хотя и было достаточно, чтоб не до конца смущать девушку.
Ладно, с этим мы разберемся потом.
Он направился в ванную, чтобы привести себя в порядок, после чего невозмутимо прошествовал в гардеробную, дабы одеться в свое рабочее. Все-таки его вызвала начальница, хоть и не совсем в рабочее место. Хотя, на то он и секретарь, чтобы выпутывать своих незадачливых начальников из разных странных ситуаций. Он уже привык к такому с Куроем, а потому тут вряд ли было чему удивляться. Как бы сказал любой скептический японец, пожимая плечами – «Карма дес».
Подхватив девушку из своей спальни, он направился вместе с ней вниз, чтобы там приготовить им кофе. Времени было мало, потому надо было все делать в темпе. Конечно, удовольствия от кофе в таком случае было и не так много, но Данте уже привык к этой быстроте. Договорившись, что он подкинет Ракку до дома, норвежец пообещал ответить на любые вопросы, которые могут (а точнее, должны) возникнуть у нее после бурного предыдущего дня, а также встретиться потом еще раз, чтобы понять, что она имела в виду под тем, что «ему было нехорошо». Он ничего не помнил, помнил только, что спал. Но это уже было не так важно, он переключился в рабочее состояние.
Собран, спокоен, невозмутим – так и надо быть, когда у тебя в начальниках эксцентричные личности, пожалуй.
Поторопив все-таки девушку, он захватил с собой ноутбук, кошелек и документы, проверил наличие ключей от машины и от дома, чтобы потом спуститься в гараж. Скользнув взглядом по машинам, которые там стояли, он все-таки не стал изменять своей любимой, хоть и мелькнул мысль выехать на чем-нибудь большом и громоздком. Впрочем, сейчас была нужна скорость, а это значила, что его красавица лучше всего подойдет для такой поездки.
Загрузив девушку в машину, Данте сделал звонок своему управляющему, чтобы тот приехал и проследил за домом, после чего серо-стальная ламбо покинула темный гараж, сверкая фарами и ревя, как необъезженная и застоявшаяся лошадь.

Данте. Koban (полицейский участок)
Ракка. Квартира Ракки Фусицую.

0

42

Тенши. Больница
Дорога домой не состоялась. Хотя, для Тенши сие явление было совершенно буднично. Даже незабвенный Гаки… Гаки… Теперь и этого создания не было. Предатели, вокруг одни предатели. И он, весь такой бедный, несчастный и невинный. Бедный, несчастный, невинный - повторило сознание, с особым удовольствием растягивая каждое слово. Невинный…- ирония, такая злая и ядовитая. Нет, не кому-то, себе любимому.
Пустая квартира. Теперь там никого. Совсем. И Тенши не вернется туда, никогда. По крайне мере не хочет возвращаться. А что такого? Продать этот закуток роскоши к черту. Приехать попозже, когда станет плевать, совсем плевать. Зачем? Просто забрать все свои вещи. А куда дальше? Новый дом? Врятли. Так, пристанище на неопределенный срок. До следующей иллюзии. Иллюзии дома, любви, тепла, надежности… Длинный и слезливый список следует дальше.
Ну и куда теперь? - лениво протянуло сознание, еще не проснувшееся до конца после событий в больнице.
- Куда едем то?- поддержал сознание водитель такси - Вы уже определились? А то уже третий час по городу катаемся.
Водитель быдло какое-то - Тенши недовольно поморщился и кучей ноток призрения в голосе сообщил своему спутнику адрес Данте. Да, да, до этого момента, часа три, избалованный красавчик водителя не замечал. Да кто такой этот простолюдин… Тем более такой обычный. Был бы хотя бы красивым…
До дома секретаря машина домчалась минут за 10. Курой расплатился и покинул салон.
Ну, наконец-то…
Тенши мог считать себя счастливчиком. У него был один человек, которому он доверял как себе. Почти как себе. Данте, его драгоценный Данте. В ДА их точно считали парочкой. Нет, не парочкой может, но любовниками точно. Гаки это жутко злило, глаза выдавали писателя с потрохами. А Курой не подтверждал, но и не опровергал. Данте поступал аналогично. Вот всё окружение и мучалось, теряясь в догадках.
Но, теперь Гаки мертв. Что я думаю об этой мрази? Не заслужил. Еще ему похороны придется устраивать.… И ведь мне придется этим заниматься…
Лицо парня снова стало выражать все страдания вселенной. Поворот ключа, открытая дверь и, снова пустой дом. Тенши и Данте работали вместе давно, ( а уж сколько раз Агнец тут оставался на неопределенные сроки) поэтому Курой мог понять еще стоя в прихожей, есть, секретарь дома или нет.
А ты то куда?
В черных глазах сверкнула бледным огоньком искорка печали.  Тенши быстро прошел в дом, закрыл дверь, небрежно кинул сумку в прихожей и скрылся в душе, где благополучно проторчал еще часа два. Данте так и не явился и, Курой уже собирался скрыться в спальне, дабы отоспаться, окончательно восстановить силы и прочее в подобном русле, как Жертве поплохело. Удар, резкий удар. Нет, не по нему, а скорей им по чему-то. По асфальту. Точно.
Абарай, что б тебя! Какого ты творишь…
В глазах начало темнеть. Снова. А то Курою своей дури не хватало… Теперь еще и от Бойца Кое как Тенши дошел до кровати, упал на неё и отключился. При падении полотенце сползло на бедра, а влажные волосы небрежно разметались по одеялу.

0


Вы здесь » ~Loveless~ » Частные владения » Резиденция Данте Норхейма